Биография / Статья
Первые дни в сержантской школе
Первые дни в сержантской школе. "40 лет в каратэ". Глава 11. Десяток сержантов с интересом смотрели на нас, как я с другом в мешкообразной армейской форме, в сапогах, били удары ногами по воздуху. - Это не интересно. - сказал один из сержантов. - Покажите друг с другом поединок. Моей фишкой были красивые удары ногами, и удары в прыжках. Мы не думая начали показушный спарринг. - Присядь. - говорю, и прыгаю вертушку. Нога пролетает над головой друга.
- Прыгай - и железная метла пролетает под его ногами. Эффектно выглядит, и во время спарринга повторяю красивый номер пару раз, зная что корейские фильмы никто не видел. И это производит впечатление на сержантов. Старшина, невысокий качок, подошёл к нам, и сказал, что мы в свободное время можем приходить в коптерку, в которой было довольно много места, и тренироваться каратэ. Один крепкий парень, старший сержант, попросил разрешения тренироваться с нами.
Это у нас, духов, которые только что прибыли в часть, старший сержант просит разрешения. А мы ещё даже пацанов из нашего взвода не видели. В казарме все давно спали как убитые. Нам показали на несколько пустых кроватей, которые стояли в два яруса, и мы с другом заняли два места на первом ярусе. Вырубились мгновенно. - Батарея подъем! - Построение в форме номер два! Мы вскочили, и начали быстро натягивать штаны, и наматывать портянки.
Шесть взводов стояли по стойке смирно. Жилистый узбек с сержантскими погонами посмотрел на вновь прибывших своими узкими глазами, улыбнулся, и скомандовал взводу: "Бегом марш"! Узбек оказался командиром нашего взвода, даже не помню как его звали. Между собой так и звали - Узбек. Командир бежал как породистый жеребец, а замыкал сильно растянувшийся строй его заместитель, невысокий пухляк, с наетыми щеками, младший сержант Гуров.
- Взвод, стой! На ле-право разойдись перессать! - командует Узбек после пяти минут бега. Запыхавшиеся пацаны поливают обочину дороги по команде, словно биороботы, поскольку неизвестно когда ещё будет возможность освободить мочевой пузырь после сна. Пробежали 5 км, и в казарму за сержантом забежала лишь половина взвода. Все наши москвичи были в числе первых. Глаза узбека становились всё уже с каждым вновь забегающим солдатом.
Последними еле живые дотащились несколько мелких грузинов, за что и получили по наряду вне очереди. Узбек строил из себя очень свирепого командира, и ходил вдоль строя, заложив руки за спину, и глядя в пол. - Что-то взвод перестал меня понимать. словно сам с собой разговаривал Узбек. - Построение с матрасами! 20 секунд! - буквально выкрикнул сержант. Все парни бросились к своим кроватям, скатали постель в трубочку, и быстро вернулись в строй.
Мы последовали их примеру. Русик по жизни приколистом был, и его прорвало на ржачь. Ну ведь прикольно, мы прибыли в часть Родину защищать, а тут идиотизмом каким-то занимаемся. Хи-хи не осталось незамеченным. И дальше одна команда следовала за другой: - Расстелить простынь. Положить матрас и ровненько обвернуть его простыней, после чего успеть вернуться в строй. И так за несколько команд, беготни к кроватям, и обратно, кровати были приведены в образцовый вид.
И после этого полный сюр, учитывая то что все взводы уже ушли на завтрак, звучит команда: "Отбой"! Пол минуты тишины, и команда: "Подъем"! Наконец наш взвод строевым шагом дошёл до столовой. - Взвод, стой! Равняйсь! Смирно! - командует Узбек, и мы как на параде стоим, и несколько минут созерцаем здание столовой. Наконец зашли в столовую. Стоим с обеих сторон длинного стола, каждый напротив своей пайки с едой. - Рота сесть!
- крохи еды перед носом, Но все сидят и не шевелятся. Мы не знали местных порядков, и просто копировали поведение солдат нашего взвода, поскольку они уже были в сержантской школе два, а кто и три месяца. - Приступить к приёму пищи! - звучит долгожданная команда, и все набрасываются на еду. У меня были свои заезды с едой. Сначала жидкость, потом тщательно пережованная твердая пища. Поэтому я залпом выпил давно остывший стакан чая, и начал намазывать масло на хлеб, поскольку больше ничего съедобного не было.
И тут вдруг облом. - Закончить приём пищи! Взвод, встать! Бегом на выход. Наш взвод бежит строем к казарме, и внезапно Узбек кричит: - Газы! Нам с утра выдали по сумке с противогазом, и сказали носить всегда с собой. Противогазы были каких-то пацанов, которые покинули сержантскую школу. Я надеваю противогаз, и с трудом делаю вдох. Воздух едва проходит через угольный фильтр. А мы вообще-то бежим, а дышать не чем. Мне инстинктивно приходит решение проблемы, и я пропихиваю палец под плотно прилегающую резину противогаза.
Так и бежал. Только в казарме была команда, отменяющая команду "газы". Стягиваю противогаз, а наши парни смотрят на меня и ржут. Когда зашёл в туалет, то в зеркале увидел лысую рожу негра. Оказалось что угольный фильтр старый, и полуразрушенный, поэтому при вдохе угольный порошок с воздухом летел не только в лицо, но и в лёгкие. С таким противогазом даже газ не нужен чтобы задохнутся. В Чите летом очень жарко, и днём бежать под палящим Солнцем испытание на прочность.
Вот такое испытание и устроил нам Узбек, и гонял нас на тактической подготовке по тайге до обеда. Обед как и завтрак, сели-встали. После чего во всей батарее наступает полчаса тишина, и эта тишина называется "Читка газет". Один солдат читает последние новости в слух, а взвод спит сидя. Вот сижу и думаю, когда в армии заниматься каратэ, когда мы всё время бежим или маршируем. Да и сил уже никаких нет после первой половины первого дня.
