Биография / Статья
Театр абсурда в армии
Театр абсурда в армии. "40 лет в каратэ". Глава 22. - Я тебе дам тронулся. - сказала красная морда прапора, глядя мне в глаза. Борисыч так и стоял за проёмом двери. Просто протянул свою руку за стенку, выдернул из розетки кипятильник, аккуратно потянул вверх провод, выдернув из банки, повернулся ко мне спиной, и пошёл к выходу по длинному коридору. Как услышал что захлопнулась входная дверь, пошёл следом. Открыл дверь, выглянул на улицу, и увидел удаляющуюся фигуру прапорщика.
Борис Борисович видимо заснул в одном из кабинетов, а теперь он шёл к себе домой. На мусорном ведре на крыльце висел мой кипятильник. Я очень обрадовался, что не придётся опять делать новый. Вернулся к себе, докипятили воду, и теперь спокойно с другом пили чай. Борисыч был не злобный, но очень хитрый прапорщик, и казалось что он всё время знает чем мы занимаемся. Как-то я с Русланом сидели и грелись в своей комнате, после того как залили каток, и сделали себе бутеры, намазов на хлеб кабачковой икры.
Слышим шаги прапора, и быстро тарелку с бутербродами поставили на верхнюю полку. Сидим, и делаем вид что просто греемся. Борисыч заглянул к нам, как собака поводил носом, и не глядя снял с полки нашу тарелку. Понюхал, убедился что точно определил запах, и протянул нам, сказав: "Кушайте ребята". Повернулся, и ушёл. Мои тренировки каратэ с ротой охраны неожиданно для меня превратились в послеобеденный сон. У меня самого днём сил нет, и спать хочется, что я делал, и делаю всю свою жизнь.
А тут ещё рота солдат, для которых каратэ это дополнительное мучение в их и так не простой службе. Те кто хотел реально тренироваться, те приходили на вечерние тренировки. Как-то после тяжёлой разминки я устроил интенсивную растяжку, и ходил по залу, давя на спины тем, кто не мог наклониться вперёд, сидя на полу с разведёнными ногами в стороны. Затем я сел перед парнями, и стал показывать как тянуть шпагаты. - Ну садист.
- услышал я как один солдат сказал шёпотом другому. И как-то меня пробило на жалость, и я спросил, обращаясь ко всем, чего бы им хотелось делать во время тренировки. Все дружно ответили, что хотели бы поиграть в волейбол. Я им разрешил натянуть сетку, и парни играли до конца тренировки. Перед началом следующей тренировки несколько ребят подошли ко мне, и спросили, что можно ли будет ещё поиграть. Я не стал им отказывать.
Теперь они играли каждую тренировку в волейбол, а я уходил к себе в комнату и спал. Теперь сил гораздо больше было проводить тренировки по вечерам, и самые интересные - с детьми из офицерского городка. После Нового года сменился командующий Забайкальского военного округа. Наша команда из четырех человек выносили все вещи "бывшего", и грузили в контейнер. А затем разгружали контейнер нового генерала, и всё это заносили в квартиру.
Подросток, сын генерала, командовал нам что куда нести, а наш прапорщик ходил перед пацаном по стойке смирно. Пожилая женщина, мама генерала, поила нас горячим чаем, к которому давала нам по паре печенек, хотя еды на кухне было завались. Какая-то брезгливость была к солдатам. И непонятно почему, она подарила мне толстенную старую книгу, с оторванной обложкой. Справочник всех болезней. Чего у меня тогда только не болело, и каких я только странных состояний не переживал.
По вечерам читал этот справочник, и находил у себя симптомы той или иной болезни, о которой читал в данный момент времени. От постоянных переохлождений у меня начался фурункулез. И не где нибудь, а на самом замерщающем месте, на заднице. Фурункулы, которые когда их выдерал парень санитар в медсанчасти, были длиной в три сантиметра. Из лекарств у нас в части были только зелёнка, и мазь Вишневского. Затем фурункулы появились на талии, и на плече.
Вот на плече я и увидел как санитар вытаскивал длинный корень, и палочку с ватой глубоко запихивал мне в плечо. Ещё говорил мне, что хочешь приколоться, и показывал какая глубокая на мне дыра. Когда ходил на перевязки, заходил в библиотеку. Очень симпатичная девушка там работала, и я с ней по долгу болтал. На часть были выписаны все журналы, хоть и по одному экземпляру, но никому они были не нужны. Так-что в моём распоряжении оказалась вся подписка журналов "Наука и религия", и ещё многих, в которых начала появляться информация по эзотерике.
Тогда и прочитал я первый том Кастанеды. Всё что я узнавал нового, я испытывал на себе. Тогда и стал голодать по несколько дней. По ночам уходил в баню, парился и плавал в бассейне, пытаясь таким методом избавиться от фурункулеза. После таких экзекуций над собой мой вес достиг рекордного минимума - 51 кг. Праворщика злило,что я худой и дохлый. Не мог нормально делать тяжёлую работу. К тому же он узнал, что я с другом не едим мясо.
- Не ешь мясо, откуда будет сила? - говорил мне Борисыч. - Мясо это яд. А бульон - это трупная выворка. - отвечал я. О том что мы не едим мясо дошло и до высшего командования. Если ты не такой как все, там где должны быть все одинаковыми, то это не порядок. Меня с другом вызвали на разборку. Кабинет в спорткомплексе. За столом сидят наш прапорщик, старший лейтенант, командир нашего СКА, и третий офицер - начальник продовольственной части.
Начпрода я видел впервые, и потом больше не встречал, но разговор наш запомнил на всю жизнь. Начпрод начал свою речь с того, что в нашей столовой кормят лучше чем в любой части округа. Продукты у нас самые свежие, и мясо в том числе. - У нас самое свежее мясо! Почему вы отказываетесь от него? Посмотри какой ты стал худой.- говорил офицер, глядя на меня. Ну да, форма на мне висела как на вешалке, а пряжка ремня была на яйцах, типа фазан.
