Биография / Статья
Жизнь мистика
Жизнь мистика. Автобиография. Глава - 6. Смерть. Каждый из нас неоднократно сталкивается с смертью в своей жизни. Смерть родителей, родственников, друзей, и самое страшное - детей. Но сами вы были на границе жизни и смерти? В моём детстве я постоянно видел похороны. Живя у бабушки, наблюдал похоронную процессию с балкона почти каждый день. Перед каждым подъездом каждого дома на лавочках сидели бабушки, и обсуждали кого хоронят, и с юмором смотрели друг на друга, типа чья же теперь очередь.
Пацаны постоянно давили жуков и гусениц, стреляли по птицам. Мне было больно от такого зрелища. Я чувствовал смерть. Больно было даже от смерти букашек. Но и сам был я периодически садистом, расстреливая тараканов и гусениц из своего оружия. Тогда я понял, что убийство может приносить удовольствие. А поскольку сексуальную энергию я чувствовал с раннего детства, то пришло понимание, что убийство - извращённое сексуальное наслаждение.
И сам себе от убийства живых тварей испытывал отвращение. А ведь тысячи рыбешек закончили свою жизнь, будучи пойманными мной в детстве. Правда маленьких я всегда отпускал. С детства почти все фильмы про войну. Я чувствовал какое наслаждение испытывают гады казня, и расстреливая людей. И сейчас считаю, что это самое уродливое явление на нашей планете - убийство себе подобных, да и любых живых тварей. Смерть она смерть хоть для жучка, хоть для коровы, разница лишь в количестве энергии жизни, исходящей в момент смерти.
Сам я много раз был на границе жизни и смерти, и даже пару раз хотел умереть. В два года чуть не умер от двусторонней пневмонии. Жили тогда в Усть-Каменогорске, городе с ужасной экологией. После чего родители уехали на Украину. Перед первым классом я с мамой приехал в Норильск. Как-то в тундре на турбазе я с мамой плавал на плоту, и мы на нём прыгали. Мама подпрыгнула, и приземлившись на плот увидела как меня высоко подбросило.
Я взлетел, и солдатиком пошёл на дно озера. Ледяная вода, и ил на дне, в который я погрузился, и застрял. Чувствовал, что конец мне пришёл, больше задержки дыхания не хватало, а ноги увязли, и вытащить их я не могу. Мама нырнула, и вытащила меня. Но в памяти осталось, что до смерти оставались считанные секунды. Ещё раз чуть не утонул в 14 лет. Прыгали в бурлящий поток воды, сбрасываемый из водохранилища. Бурное течение несло с огромной скоростью.
Такие были у нас аттракционы. Прыгнул я в очередной раз, и несусь вдоль дна под водой, а когда воздух закончился, начал всплывать. И тут водохранилище сбросило очередной объём воды, и меня вдавило в дно. А задержка дыхания была на пределе. Я греб руками и ногами с сумасшедшей силой, а сверху давило всё сильнее и сильнее. Даже не помню как смог вынырнуть, но когда выполз на берег, лежал не в силах пошевелиться. В прошлой главе я писал о том, какой взрыв произошел а результате моих химических экспериментов, но были и другие опасные моменты в жизни, когда можно было расстаться с жизнью.
Лет в десять хотел из пластмассовой моторной лодки вытащить мотор, и ковырял упругую пластмассу острым хвостовиком напильника. Пластмасса была очень упругой, и напильник выскочил у меня из руки. И я чудом не лишился глаза, а может и вообще прибило бы. Хвостовик воткнулся мне сбоку в переносицу в миллиметрах от глаза. Кость не пробил, но поранил до крови. Вот опять случайность на грани фола. Лет в двенадцать достал где-то патрон от пистолета Макарова, и позвал друзей посмотреть как он выстрелит.
Поставил кастрюлю на костёр, и в центр её патрон. Ждали когда бабахнет, и пуля полетит в небо. Ждём, ждём, и тишина. Какие дурацкие идеи только не приходят в детстве! Я решил его пошевелить ногой, типа ускорить выстрел. Подошел к кастрюле, сунул в неё ногу, и бабахнуло! Пуля в небо улетела перед моим носом. А могла ведь и дурную башку пробить. В то время учился на Украине, где в школе и дворе был культ силы. Рейтинг определялся тем, кто кому даст.
Ну и я был в самом низу этой социальной лестницы. Да ещё считалось, что учатся хорошо только девочки, а мальчики должны хорошо играть в футбол. А поскольку я учился там лучше всех, а в футбол играл в то время плохо, то и дразнили меня, типа я девочка. Каждый день идти в школу было страшно, поскольку постоянно кто-нибудь да издевался. В то время у меня была навязчивая фантазия, покончить жизнь самоубийством. Ну не каким-нибудь, а красиво.
Как в одном фильме, где красноармеец докуривает сигарету, и окурок втыкает в взрывчатку, и большой бабах! Пол года жил в таких фантазиях. Как видите, что в то время у меня не было никаких мыслей о загробной жизни и перевоплощениях. Тогда казалось, что смерть это просто конец твоей жизни. Но с пятнадцати лет у меня началась эпоха саморазвития, и самосовершенствования. Это был переход в совсем другую жизнь. Жизнь у которой есть не просто высокая, а почти недостижимая цель.
Илья Бортников
